Что делать?
23 августа 2019 г.
В российском государстве не должно быть самодержавия!
13 МАРТА 2019, ПЕТР ФИЛИППОВ

Дайджест по материалам публикаций публикации Игоря Клямкина, Михаила Краснова, Лилии Шевцовой. 

Россия — государство авторитарное, самодержавное, с монопольной властью президента. Президент у нас мало чем отличается от царя. Но для большей части россиян авторитаризм, монархизм, диктатура, «карманный» суд и произвол власти — явления привычные, корнями уходящие в историю народа. Теплится у людей только надежда на чудо, на доброго царя-президента, который будет подписывать указы и законы не ради выгоды своих друзей и опричников, а для пользы простого народа. Но скромные авторитарные правители, думающие прежде всего о своем народе, как ЛИ Куань Ю, к сожалению, встречаются крайне редко.

И, тем не менее, время берет свое. В интернете не утихает дискуссия, которая переходит от требования честных выборов к лозунгу «Долой самодержавие!» Ведь фальсификация выборов — лишь одно из проявлений узаконенной Конституцией монополии на власть, а противодействие фальсификациям совсем не есть противодействие монополии. И дело здесь не в Путине, а в нашем государственном устройстве, предоставляющем возможность фальсификации выборов, создающем целую систему послушных и безнаказанных чиновников-исполнителей в избирательных комиссиях. Ведь наша Конституция наделяет президента почти неограниченными полномочиями, которые он использует для удовлетворения интересов новой номенклатуры.

Протесты против нечестных выборов, пенсионной реформы, системы «Платон», разоряющей дальнобойщиков, против закрытия оппозиционных сайтов и расхищения казны олигархами власть вполне может игнорировать. А честные думские выборы не могут повлиять на экономический и политический курс верховной власти. Ведь Государственная Дума не имеет рычагов влияния на правительство – ни на его формирование, ни на его деятельность, ни на его отставку. А курс внутренней и внешней политики, согласно действующей Конституции, определяет именно президент. Он может проводить его и при оппозиционном парламенте, ведь в его руках находится судьба правительства.

Давайте не будем друг друга обманывать. И насчет возможности честных выборов в нашей государственной системе, и насчет их возможности сколько-нибудь существенно — при сохраняющейся узаконенной властной монополии — эту систему изменить. Могут ли, скажем, даже сверхчестные думские выборы существенно повлиять на экономический и политический курс? Ответ: не могут. Потому что парламентские выборы и их результаты в нашей Конституции такого влияния не предусматривают. В данном отношении они, строго говоря, вообще лишены какого-либо политического смысла.

Во-первых, Государственная дума не имеет почти никаких рычагов воздействия на правительство – ни на его формирование, ни на его деятельность, ни на его отставку. Во-вторых, курс внутренней и внешней политики, согласно действующей Конституции, определяет президент. И он может проводить его даже при оппозиционном парламенте, так как именно в его руках находится судьба правительства. Вот почему чрезвычайно наивной выглядит позиция тех, кто  видит выход из обозначившегося политического тупика в юридических границах действующей Конституции.

Если политику определяет президент, то соперничество партий на парламентских выборах, пусть и честных, может быть лишь конкуренцией в борьбе за депутатские привилегии, а не за возможность проводить в жизнь свои программы.

Повторим, реально политику президента определяют корыстные интересы окружения президента, т.е. высшей бюрократии. Если в 90-е годы безвластный парламент с большинством в нем оппозиционных депутатов еще мог как-то мешать президенту, то изменить его политику парламенту было не по силам. 

Президенту сегодня интереснее быть политиком, нежели гарантом Конституции. Он не хочет, чтобы ему мешали проводить «его политику». И потому кто бы президентом ни был, он будет стремиться к подавлению идеологических и политических оппонентов. К встраиванию всех институтов, включая парламент, в бюрократическую вертикаль своей власти. Конституция это позволяет. Тотальный контроль президента над всем и вся – это страшный, но совершенно естественный ход событий, отвечающий нашим традициям, зафиксированным в действующей Конституции.

Естественно и стремление президента к расширению своих полномочий. С момента принятия в 1993 году нынешней Конституции три российских президента получили 502 новых полномочия: 165 получил Ельцин, 226 – Путин и 111 – Медведев. Причем среди них, с конституционной точки зрения, много сомнительных, а то и просто не соответствующих Конституции. Печально, но никто из претендентов на президентский пост  не заявлял о готовности от этих полномочий отказаться. Равно как не брал обязательств инициировать изменение самой Конституции.

 

Как изменить Конституцию?

Лозунг «Долой самодержавие!» протестует против закрепленной в Конституции системы, сделавшей возможным феномен авторитарного правителя. Что же надо изменить в Конституции, чтобы уйти от самодержавия?

Отбросим предложения о сроках. И даже если преемник будет отвергнут на честных выборах, это ничего не изменит. Победивший соперник станет новым самодержцем. Нужна полномасштабная коррекция действующей Конституции! Как? Использовать Конституционное собрание для преобразования существующей авторитарной формы правления в парламентскую республику? Но закон о Конституционном собрании Государственной Думой не принят. И если он будет принят нынешней Думой, то еще неизвестно, как он будет попирать неотъемлемые права граждан? 

Остается, однако, открытым вопрос о том, кто и как может осуществить назревшую системную трансформацию – по сути своей революционную, но по методам эволюционную, предполагающую сохранение правовой преемственности. Есть мировой опыт таких трансформаций, и в нем, при всем его многообразии, есть нечто общее. Они происходят тогда, когда запрос на системные изменения созревает в обществе. Когда его наиболее образованные и инициативные слои отказываются признавать действующую тоталитарную или авторитарную власть легитимной, но настроены при этом не просто на замену одних властвующих персон и групп другими, а на смену государственной системы.

Все успешные системные трансформации последних десятилетий именно потому и состоялись, что при их осуществлении сочетались в одном пакете признание действующей власти нелегитимной, требование честных свободных выборов и установка на изменение конституционных правил игры. Сочетались, консолидируя все оппозиционные силы. Мы же видим, что в оппозиционном лагере нет единства даже относительно легитимности нынешней власти. Ведь если политик соглашается участвовать в проводимых этой властью выборах, то он ее легитимирует. И если требует от нее честных выборов, не требуя конституционной реформы, легитимирует тоже.

Речь идет вовсе не о том, допустимо или нет договариваться с действующей властью о новых правилах игры. Примеры Испании, Польши и других стран свидетельствуют о том, что такой вариант системной трансформации не только возможен, но и является наиболее безболезненным. Да, трансформация в данном случае начинается с законодательных норм, принимаемых существующей  властью, которую оппонирующая сторона не считает легитимной. Но если эти нормы выводят страну из изжившей себя системы, этой властью олицетворяемой, то такой прагматизм уместен.

Не могут люди бесконечно голосовать за резолюции с требованием перевыборов, осознав их недостаточность. А других резолюций, отвечающих их умонастроениям, им не предлагают. Когда стратегия растворяется в тактике, серьезных успехов ждать не приходится. Не только быстрых, но и небыстрых.  Лозунг честных выборов, адресованный российским властям, — это тактика. Лозунг «Ни одного голоса Путину!» — тоже. Но ради чего такая тактика, ради какой цели? Ради того, чтобы слегка обновить состав безвластной Думы и привести к власти другого монополиста?

Наметившийся сдвиг в общественном сознании в пользу конституционной реформы надо перевести в политическую повестку дня. Сделать его стратегической опорой оппозиции. Опорой, сохранение и укрепление которой много важнее исхода предстоящих президентских выборов. Опорой, которая будет иметь решающее значение и после выборов, каков бы ни был их объявленный результат. В нем есть перспектива, которая мобилизует.

 

Какая республика нам нужна?

Известно, что парламентская форма правления более плюралистична и устойчива, чем президентская или полупрезидентская. Она надежнее застрахована от авторитарного перерождения. Однако, как и 25 лет назад, переход в России к парламентской республике несет в себе опасность дезорганизации: парламентская форма правления эффективна лишь в тех странах, где сложились сильные партии и где укоренились демократическая политическая культура и конституционное правосознание. Этого у нас нет, ни одна из политических партий не имела возможности взять на себя реальную политическую ответственность. Это касается и «Единой России» — ведь это не политическая партия, а сообщество сторонников Путина, приводной «парламентский» ремень между ним и бюрократией. Что касается политической культуры, то в головах и политиков, и большинства общества она предстает как игра «Царь горы»: если я (мы) наверху, то все остальные внизу и должны только подчиняться.

Необходимо считаться с наличным уровнем культуры российского общества. С тем, что принято называть ментальностью. Учреждение формы правления, заведомо с ней не совместимой, ни к чему хорошему страну не приведет. Но и фетишизировать эту ментальность, якобы и в ХХI веке обрекающую нас на  примирение с самодержавием, нам не пристало. Наш стиль взаимоотношений друг с другом, наше отношение к власти, как и ее отношение к нам, не очень-то соответствуют современному пониманию правового государства. И что же – ждать, пока мы до него «дорастем»? Но на основе чего будем «дорастать»? Что нас будет к этому подталкивать? Разве призывы к изменению Конституции, с которыми солидаризируется все большее число людей, не свидетельствуют о том же? 

Исходить нужно из того, что ничего лучше полупрезидентской модели мы для России сегодня не придумаем. Как показывает государственный опыт Франции, Португалии, Финляндии, Польши, Болгарии, Румынии, Словакии, Словении и других стран, модель эта вполне жизнеспособна. И не во всех этих странах в пору ее утверждения население обладало высоким уровнем политической культуры и конституционным правосознанием. Почему же ни в одной из них нет «самодержавного» режима, а у нас он есть? Почему она не ведет, как у нас, к деградации этой культуры и этого правосознания, а ведет, наоборот, к повышению их качества? Да именно потому, что в этих странах полномочия всенародно избираемых президентов сбалансированы с полномочиями парламентов. Вот этого нам и предстоит добиться, изменив соответствующим образом российскую Конституцию. 

 

Какие поправки целесообразно внести в Конституцию?

Они, кстати, созыва Конституционного собрания не требуют.

  1. Президенту должна быть отведена лишь роль главного хранителя конституционного строя, гаранта честных правил политической жизни. Роли партийного игрока его нужно лишить, отнять такие функции, как определение основных направлений внутренней и внешней политики и обеспечение «согласованного функционирования и взаимодействия органов государственной власти». Вторая функция, кстати, настолько туманна и размыта, что фактически представляет собой мандат на вмешательство в деятельность любых государственных институтов. В то же время  роль президента как гаранта нужно усилить. Скажем, предоставить ему право самому назначать Генерального прокурора и Уполномоченного по правам человека, наделив последнего более существенными, чем сейчас, полномочиями.
  2. Конституция должна устанавливать формирование правительства Государственной Думой. Правительство должно слагать с себя полномочия не перед вновь избранным президентом, а перед вновь избранной Думой. Она же должна предлагать президенту для назначения кандидатуру премьера, а не наоборот, как сейчас. Отказать он не вправе. И только если расклад сил в нижней палате не позволяет фракциям об этой кандидатуре договориться, президент должен быть вправе сформировать свое правительство, которому через год Дума выразит доверие либо недоверие.
  3. Вотум недоверия правительству должен означать его отставку. Не должно сохраняться у президента право выбора: то ли правительство отправить в отставку, то ли распустить Думу.
  4. Президент должен быть лишен права в любой момент по собственному хотению отправлять правительство в отставку.

 

Это главные поправки, без которых невозможно выбраться из самодержавной колеи. Честные выборы в уходе от самодержавия ничего не изменят, так как при сохраняющихся в Конституции гигантских полномочиях президента они всего лишь воспроизведут нынешнюю систему, которая, в силу своей природы, будет тяготеть к их превращению в нечестные.

 

Дополнительно: http://www.novayagazeta.ru/politics/50372.html

Фото:

 

 












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Реальное народовластие. Пример Швеции
13 АВГУСТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Известно, что в мире из двухсот с лишним стран — лишь два десятка демократических, где налицо  верховенство права, где власть имущие не могут урвать себе кусок пожирнее, а вынуждены реализовывать интересы народа, повышать его благосостояние. Я был потрясен, когда узнал, что премьер-министр Канады, лишившись своего поста, вернулся из служебной квартиры в свою двухкомнатную. Особняк он не прикупил — зарплаты не хватило. А воровать чиновникам в Канаде не дают. Для россиян это фантастика. Цель наших властей разного уровня  — обогатиться, накопить миллиарды, построить себе в Европе роскошные дворцы, оставить миллиарды детям. А соотечественники-простолюдины пусть хоть сдохнут. Их могут заменить выходцы  из Средней Азии. И на митинги они вряд ли собираться  посмеют.
Выборы в России – туфта. Сравните со шведскими
5 АВГУСТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
На выборах в Московскую городскую Думу кандидаты от «Единой России» скрывают свою принадлежность к «партии власти», идут как самовыдвиженцы. Избирательные комиссии закрывают глаза на нарушения с их стороны, зато придираются к  подписным листам  независимых оппозиционных кандидатов. Если те реально собирали подписи  на   самых проходных местах, ходили по квартирам, то провластные кандидаты этим себя не утруждали.
Социализм – мечта, ведущая в тупик
30 ИЮЛЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Многие пожилые люди сожалеют об ушедшем социализме. Особенно жители Москвы и Петербурга. Им есть, о чем тосковать. В 1970-е годы при зарплате 120-150 рублей можно было кое-что отложить на отпуск. Работа была гарантирована, как и бесплатное образование и здравоохранение. А теперь пожилому человеку на работу не устроиться, пенсии мизерные, тарифы на коммунальные услуги поднимают 2 раза в год. За лечение плати, за учебу внука в вузе — плати. Реальный уровень жизни падает... Но самое печальное, что, наслушавшись пенсионеров, о социализме мечтают и молодые. Им кажется, что они уж точно смогли бы построить «социализм с человеческим лицом»...
Почему Россия — страна образованных нищих
22 ИЮЛЯ 2019 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Академик Владимир Игоревич Арнольд утверждал: отечественная система математического образования одна из лучших в мире. Действительно, освоение ракетно-космических технологий и атомной энергии, достижения в области фундаментальных исследований и оборонного машиностроения, а также многое другое принципиально невозможны без высокоразвитой математической культуры. Она же с неизбежностью будет востребована в случае интенсивного развития отечественных наукоемких технологий. Поэтому сохранение и развитие в России национальной математической школы для достойного будущего страны в ХХI веке — условие совершенно необходимое. Однако и совершенно недостаточное.
Школа: бери пример с Финляндии
12 ИЮЛЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Международные сравнительные исследования образовательных достижений учащихся регулярно выводят Финляндию в мировые лидеры по уровню среднего образования. Финские учащиеся особенно умело находят нужную информацию, критически оценивают ее и последовательно излагают свои суждения. Легко обращаются с различными текстами, анализируют и размышляют, любят читать, применяют эффективные стратегии чтения. Грамотные. Показывают умение решать сложные математические задачи, требующие развитого мышления.
Школы Финляндии – способны ли мы перенять опыт?
12 ИЮЛЯ 2019 // ИОСИФ СКАКОВСКИЙ
В последние 15-20 лет финские школы считаются одними из лучших в мире. На чем основана эта репутация? Посудите сами. Существует Международная программа по оценке образовательных достижений учащихся (PISA). Это тест, осуществляющий мониторинг качества образования в десятках стран мира. Важно подчеркнуть, что Международная программа проверяет не только теоретические знания учащихся, но и умение применять знания на практике. Это не разного рода олимпиады и соревнования, в которых с советских времён участвуют единицы наших особо одарённых школьников.
Тупик российских традиций
26 ИЮНЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ, СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Россия  начала XXI в.  вызывает множество тревожных вопросов.  Председатель Конституционного суда России Валерий Зорькин публично высказал опасения, что при сохранении наблюдаемых тенденций «наше государство превратится из криминализованного в криминальное». Обрели ли россияне необходимую компетенцию для цивилизованного, без масштабных потрясений, перевода общества с траектории застоя на траекторию развития?  Успеет ли наше общество  преодолеть хронический правовой нигилизм или России вновь предстоит насилие  невежества?
Можно ли победить воровство?
25 ИЮНЯ 2019 // АЛЕКСЕЙ БОЛГАРОВ
В ряду стран, воровство и коррупцию если не победивших, то резко снизивших вес этих пороков в общей жизни государства, с недавних пор называют Грузию, по праву связывая это прежде всего с именем ее президента в 2004–13 гг. Михаила Саакашвили. Пример для нас интересен еще и потому, что, несмотря на всю специфику национальной ментальности грузин и несопоставимость размеров и численности населения, эта страна является таким же молодым постсоветским новообразованием, как и Российская Федерация (и так же имеющей многовековую историю собственной государственности, прерванной лишь на 2 века вхождения в романовскую, а затем в советскую империю).
Как борются с коррупцией в США
24 ИЮНЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Законы США предусматривает наказание и за дачу и получение вознаграждения за услуги, входящие в круг обязанностей должностного лица. Поощрения, по американскому праву, чиновник может получить только официально - от правительства. Наказание за нарушение этой нормы - штраф или лишение свободы до 2 лет, или то и другое.
На чем держится коррупционная вертикаль? Опыт Румынии
17 ИЮНЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
На Земле живут разные народы с разной культурой. У китайцев и корейцев в культуре конфуцианская традиция — ходить к начальству с подарком, чего не приемлют финны. И финны, и шведы странным образом считают, что раз чиновники — госслужащие, то должны служить своему народу, а не собирать с него дань. Идеалисты!